К проблеме переименования дополнительного образования детей АНО ДПО Открытое образование

К проблеме переименования дополнительного образования детей

/ Просмотров: 2872

 

Логинова Л.Г.

доктор педагогических наук,
профессор кафедры педагогики и психологии

 

 Необходимость модернизации дополнительного образования детей неизбежна в контексте уже прошедших и планируемых преобразований в системе отечественного образования. Каковы ее сценарии наиболее реальны? Является ли дополнительное образование детей неформальным образованием? Можно ли считать, что переход в  неформальное образование - это единственный путь развития организаций дополнительного образования детей? Субъективные, не лишенные полемичности, ответы на эти вопросы  определили  содержание статьи.

         Ключевые слова: глубинное переименование, непрерывное образование, неформальное образование, альтернативность, внеформальное образование, ребрендинг.

 

To the problem of renaming of additional education of children

L. G.Loginova

The necessity for modernization of the additional education of children is inevitable in the context of past and planned reforms in the national education system. What are the scenarios for the most real? Whether the additional education of children of non-formal education? Whether it is possible to assume that the transition to non - formal education is the only way of development of institutions of additional education of children? Subjective, not deprived of their polemical, the answers to these questions define the content of the article.

Keywords: deep rename, continuing education, non-formal education, alternative, outside the boundaries of formal education, rebranding.

 

  С 17 по 19  апреля этого года в городе Ярославле прошел большой Международный форум «Евразийский образовательный диалог», объединивший 4 конференции разной  тематики. На форум съехались представители 25 стран, в том числе таких дальних как ЮАР и Япония, которые в течение  трех дней обсуждали разные проблемы, объединенные общим направлением - выработкой единых подходов к образованию во всем мире.

 Одна из конференций по теме «Интеграция формального и неформального образования как условие достижения актуальных образовательных результатов», по сути, была посвящена обсуждению актуальных проблем  дополнительного образования детей, переименованного  в «неформальное образование».

        Невозможно определить, кто стал инициатором переименования, но  оно  доминировало в докладах пленарных и секционных заседаний. Пока это переименование имеет скользящий характер, напоминающий больше технику управления реальностью по Вадиму Зеланду (трансе́рфинг реальности), чем серьезное намерение исправить ситуацию (см. сайт автора - http://zelands.ru).

Однако, несомненно, его истоки  - в идеологии модернизации образования, ориентированного на решение задач инновационного развития экономики. В России к 2020 году, с целью обеспечения доступности образования,  предполагается создание системы неформального образования, которая  будет характеризоваться:

– многообразием поставщиков образовательных услуг;

– прозрачной для рынка труда и поставщиков образовательных услуг системой квалификаций;

– наличием механизма подтверждения результатов полученного неформального образования через экзамены и сертификацию;

– работой образовательных консультантов и брокеров, которые оказывают гражданам поддержку в выстраивании сложных образовательных траекторий, проходящих нередко и через формальные, и через неформальные институты» (4).

            Вместе с тем, в обсуждении звучали и другие предложения. Так, д.филос.н., профессор А.А. Попов, (ФИРО, Москва) обозначил дополнительное как  «открытое» образование, организуемое по модульному принципу, а MichaloviČ Viliam, генеральный секретарь Европейской Ассоциации учреждений свободного времени детей и молодежи (EAICY, Словакия) как «неофициальное  образование».

Совсем иной вектор для обсуждения предложил д.п.н., профессор, член -корреспондент РАО А.М. Цирульников, обоснованно рассуждая о том, что на «карте российского образования» сложно выделить  «границы» или найти «точки соприкосновения и расхождения» формального, неформального, информального  образования. Нельзя не согласиться с аргументацией  важности «открытия» их друг другу в каждом конкретном регионе, городе, сельском поселении и т.д., а также о целесообразности принятия стратегии проектирования образования как социального института на основе анализа социокультурных ситуаций и образовательной сети.

        Конференция, как известно, это деловое мероприятие, целью которого является не только обсуждение теоретических подходов к решению современных проблем, но и представление опыта и продуктивных идей, реализуемых на практике. В этом представлении неформальное образование выглядело «множеством без границ», включающим:

  • § дополнительное образование детей как часть системы отечественного образования, представленного техническим, экологическим, художественным и другими направлениями;
  • § практики семейного образования (экстернат);
  • § индивидуальный образовательный маршрут для ребенка или подростка, организованного усилиями семьи, школы, организациями из сфер профессионального образования, дополнительного образования детей, спорта, искусства и пр. (уникальный проект под названием «Мое образование»,  экстернат, заочное или дистантное образование, стажировка);
  • § индивидуальную образовательную программу старшеклассника, реализуемая через набор обязательных учебных предметов, системы предпрофессиональных практик, развивающих курсов, деловых игр и тренингов по выбору, систему внеучебной деятельности, рефлексивно-аналитическую работу (сессии, тьюторские консультации, написание эссе и др.);
  • § образовательный досуг, реализуемый по замыслу коммерческих организаций или индивидуальных предпринимателей;
  • § особого компенсирующего образования, ориентированного не просто на восполнение того, что не дает основная школа, а на раскрытие потенциальных способностей каждого ребенка;
  • § разномасштабные социальные проекты, «смягчающие» или «ломающие» проблемные ситуации в образовании, досуге, самоопределении, социализациидетей и молодежи;
  • современная образовательная среда, в которой происходит рост и развитие личности, вбирающая в себя традиционные (школу, учреждения дополнительного образования) и нетрадиционные институты.

Несомненно, данные предложения докладчиков отразили не все уже состоявшиеся или еще только возможные варианты конструирования неформального образования, но все они могут быть «вписаны» в планы по обеспечению «многообразия поставщиков образовательных услуг». Главное, как заметил Chaplin Kevin, управляющий директор Amy Biehl Foundation Trust (ЮАР), в этом формотворчестве не утратить основное его предназначение  - обогащение качества жизни детей и подготовка их к жизни в быстро меняющемся мире. Гуманистический смысл этого утверждения очевиден и он не подлежит обсуждению. Принимаем его как ценностно-смысловой ориентир собственного позиционирования в контексте конференции и, особенно в части осмысления вопроса о соотношении дополнительного образования детей и неформального образования.  

Другой ориентир задал своим выступлением представитель Голландии Rene Clarisse  (президент EAICY), который показал с помощью простой геометрической фигуры сопряженность трех полюсов образовательной политики  -  государства, рынка, общества, представленного отдельными гражданами и организациями. Сегодня политические решения относительно судьбы неформального образования зависят от конкретной ситуации, от всей совокупности особенностей того или иного государства, но все эти решения  принимаются в логике миграционных линий в «треугольнике» между государством (властью), гражданским обществом и рынком. 

Переименование российского дополнительного образования детей, несомненно, является одним лишь фрагментом будущего политического решения. Однако хочется наделяться, что выбор «миграционной линии» при этом был адекватным и, как заметил научный руководитель Института развития образования Высшей школы экономики Исаак Фрумин,  главное в сфере образования  - это  грамотное управление системой.

Несмотря на то, что практика переименования достаточно привычный прием проведения реформ в отечественном образовании, нельзя им злоупотреблять. Если это не поверхностное, а глубинное  переименование, то новое имя предполагает начало жизни «с чистого листа», «смену культуры» и должно отражать новый  статус и миссию. 

        В свое время переименование учреждений внешкольного воспитания в учреждения дополнительного образования детей не было простой сменой «вывески». При всей неоднозначности  термина «дополнительное», ключевое место в новом имени принадлежало «образованию» и «детям» (не школьникам или обучающимся!).  Именно с них начался долгий и трудный процесс «переименования себя» и воплощения новой роли каждого учреждения, педагога в системе образования.

Многое с помощью техники переименования сработало. В большей степени – это качественное изменении культуры педагогической деятельности. К реальным  воплощениям нового имени смело можно отнести: появление феномена «программа дополнительного образования детей»; освоение педагогами  практики разработки таких программ с последующим переходом на уровень проектирования возможностей развития для каждого участника разновозрастного объединения; опыт психолого-педагогической поддержки детей и подростков в поиске смыслов жизни и своей карьеры; накопление особого методического потенциала развития мотивации к познанию и творчеству, развитию личности (или, как это более точно было сказано  А.Г. Асмоловым – это «личностно порождающая педагогика»).

Разумеется, это далеко не все, образцы той новой роли, которую освоили «внешкольники» в результате переименования. Для нас принципиально то, что дополнительное образование детей:

 во-первых сохранило подлинную вариативность образования, основанную на сущностном праве человека – право свободного выбора содержания, траектории жизненного смысла и результатов своего образования;

во-вторых, сумело построить уникальную культурно-образовательную  среду, открытую и неформальную, ориентированную на сохранение экологии детства и  «обогащение качества жизни детей».

 Справедливости ради и, к сожалению, сегодня приходиться констатировать факт стагнации и, даже, внутреннего коллапса этой системы. Сфера дополнительного образования детей в России нуждается в системных институциональных изменениях. Необходимость стратегического выбора  в модернизации дополнительного образования детей в соответствии с современными вызовами и требованиями социальной реальности очевидна. Такого мнения придерживаются практически все стейкхолдеры - родители, чиновники отделов и департаментов образования, представители власти, профессиональное сообщество. Разногласия проявляются преимущественно по вопросам сценария модернизации, путей  и средств его осуществления. 

 Станет ли переименование дополнительного образования детей на «неформальное образование» началом системных изменений?  Не будет ли  это заимствование термина из европейских деклараций со ссылкой на   опыт организации неформального обучения учреждениями свободного времени детей и молодежи  еще одной реформой «сверху», не учитывающей специфики  российских моделей образования для детей «вне школы»?

В осмыслении ответов на все эти вопросы, предлагаем для начала вспомнить, что такое неформальное образование, определив свое отношение к нему, а  затем – к соотношению неформального образования и  дополнительного образования детей.

С учетом узких рамок статьи, мы ограничиваемся только некоторыми субъективными суждениями.    

1. Феномен«неформальное образование»  появился только в ХХ  веке, заняв пространство между полюсами формального и информального образования, отвечая на конкретные образовательные запросы и возможности различных социальных и  профессиональных групп населения.

Трактовок  этого феномена много, но все они сходятся в признании таких характерных для него признаков как:

осуществляется за пределами формальной  образовательной системы (т.е. без  специальной аккредитации образовательной деятельности,  вне стандартизированных требований к результатам учебной деятельности и без  права выдачи диплома, аттестата, удостоверения и пр.);

 доступность для всех слоев населения, независимо от материального положения, социального статуса, национальности, религиозной принадлежности, возраста;

целенаправленность,  систематичность,  дополнительность получаемых знаний по отношению к уже имеющемуся образованию.

Для понимания сути  неформального образования следует обратить внимание на то, возникает оно на уровне конкретных отношений между инициативными организаторами обучения (брокерами и производителями услуг) и обучающимися (заказчиками и потребителями услуг), а функционирует фактически вне общественно ‐ государственного регулирования и контроля.  Неформальное образование это скорее общественное, иногда частное, а не государственное. Соответственно все организации неформального образования  возникают, функционируют,  развиваются исключительно за счет собственных усилий.

Дополнительность в системе неформального образования -  есть результат частного выбора и «потребления» услуги в удобное время с      интересным  способом предоставления содержании, приобретения «полезных знаний», интересного заполнения досуга, быстрого освоения способностей  необходимых для продвижения по служебной лестнице или для самоутверждения.

Поэтому, при определении целейнеформальной образовательной деятельности, учитывается не только наличие в организации  квалифицированных  исполнителей (педагогов,  тренеров, социальных педагогов, психологов и др.), знающих что главный «продукт образования» определяется не столько количеством и даже качеством получаемых знаний и навыков, сколько эмоционально- психологическим содержанием личностных новообразований обучающихся, но главное - наличием  компетентных заказчиков образовательных услуг и  источников финансирования.

Рискнем предположить, что с учетом тенденций развития отечественного образования в условиях новой экономики, дополнительное образование как неформальное станет заметным сегментом образовательного рынка, ориентированного только на взрослых  (включая   15-16 летних школьников, выстраивающих свое обучение с учетом поступления в вуз и  будущей профессии), не согласованным с формальным образованием и полностью осуществляемым за счет оплаты компетентных заказчика.

2. Дополнительное образование детей, несомненно, обладает многими признаками неформальности. Оно также ориентировано на выбор и инициативу человека, его насущные потребности и интересы, осуществляется «вне школы», его содержание не ограничено стандартами, а цели, методы и результат обучения зависят от педагога, разрабатывающего образовательную программу и от организации, в которой она утверждается и  реализуется.  Это образование не сопровождается выдачей свидетельства об образовании и не ведет к присуждению степени. 

Однако существенной особенностью российского дополнительного образования детей  является то, что оно было и находится в системе формального образования, т.е. осуществляется преимущественно в границах  системы государственного общего и профессионального образования. В определенной степени, именно принадлежность к образовательной системе, способствовала тому, что дополнительное образование детей всегда было своеобразной  испытательной лабораторией для новых технологий, инновационным ресурсом, полигоном выработки новых стандартов.

Значит, при отсутствии каких-либо официальных документов, объясняющих специфику неформальной формы образовательного процесса, порядок ее оформления и принципы функционирования в системе образования РФ, неполноты законодательного подкрепления  формата дополнительных образовательных услуг на фоне правовой асимметрии между дополнительным образованием детей и формальным образованием (особенно с введением внеурочной деятельности),  переименование  несет в себе риски: потери альтернативных форм образования, построенных на инновационных принципах и привлекательных для детей; снижения их доступности для всех детей (в плане  материально и  финансового положения  их родителей); уменьшения детских территорий развития и позитивной социализации; свертывания педагогики дополнительного образования детей или педагогики свободного воспитания; ослабления ситуации продуктивной конкуренции в создании новых прецедентов организации образования.

3. Далее, нельзя сказать, что проблематика неформального образования  и качественной определенности в системе  российского образования  находится в центре внимания научного сообщества. Нельзя привести убедительные примеры о том, какие и где реализуются концепции неформального образования в России, проводился ли и что показал  анализ его программ, каковы  экспертные заключения. Проводился ли мониторинг результативности деятельности организаций неформального образования (кстати, тематика информального образования также находится вне широкого общественного и профессионального дискурса). Практически отсутствует движение с легитимностью результатов неформального образования.

Заметным исключением является сложившаяся практика сопряжения потенциалов современных общественных детских объединений и неформального образования на основе: 

 – разработки и реализация системы долгосрочных программ привлечения  детей, подростков и молодежи к общественно полезной деятельности (участие в педагогических и студенческих отрадах, лагерях добровольного труда, поисковой деятельности, помощи детским домам, библиотекам, приютам для животных, в организации детских и молодежных общественных приемных и пр.);

- признания детского, подросткового или молодежного общественного объединения как особого рода организационной структуры неформального образования в образовательном пространстве школы (разработка содержания неформального образования находится в компетенции объединения) с целевой направленностью на формирование у членов объединения социального опыта, навыков социального взаимодействия и общения,  практических умений (2).

Однако и эта практика известна только в ареале исследователей и  лидеров детско-молодежных движений, организаций и объединений.

Такая недостаточность внимания научного сообщества и неполнота знания не исключает, что переименование дополнительного образования детей в неформальное образование будет проведено «сверху» и без учёта имеющегося опыта и успешных моделей.

4. Как  ослабить риски и выйти на реальное глубинное переименование дополнительного образования детей?  Воспользуемся приемом рефрейминга  и  предложим иной контекст соотношения дополнительного образования  детей  и неформального образования.

Сегодня противостояние формального и неформального образования во-многом уже искусственно (особенно по отношению к образованию детей). Формальное образование – это государственное образование, но разве  частные детские сады,  школы или вузы как негосударственные организации свободны от обязанности следования требованиям государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере образования? Разве может быть свободен от формализации  частный сектор по типу курсов по обучению вязанию на машинке, моделированию, рисованию, танцам, программированию и пр.? Производство и реализация  образовательных услуг, хотя и определяются рыночным спросом, потребностям и запросам потребителей, но проходят обязательную формализацию имеющиеся у них условия образовательной деятельности, включая все расчеты нормативных затрат оказания услуг по реализации образовательной программы. Дети и молодежь, получая общее или профессиональное образование «вне школы» и «без школы» освобождаются от необходимости прохождения процедуры государственной аттестации для подтверждения  приобретенного ими  образовательного уровня,  опыта деятельности и компетенции определенных объема и сложности? Где границы между формальным и неформальным в образовании?

Во избежание путаницы отметим, что неформальность это только модус образовательных отношений в организациях дополнительного образования детей. Атрибутом или неотъемлемым его свойством является альтернативность (от лат. alternatus - другой) формализованному обучению, что подразумевает: соответствие принципам неформального образования, его смыслам и ценностям;  авторство; центрированность на человеке и становлении субъектности человека; большую  «экологичность» по отношению к детям и детству; ориентацию на поддержку и раскрытие индивидуальности; направленность на сообщество и на взаимо-СО-действие взрослых и детей; ориентированность на «выращивание» активности самих участников образовательного процесса; показывает каждому один из возможных направлений развития.

Традиционно дополнительное образование детей (внешкольное образование) в России складывалось как уникальная практика открытия других смыслов, ценностей, целей, способов и результатов образования функционирующая «за границами» формального образования. Это внеформальное образование, т.к. оно всегда свободно выбиралось, выстраивалось каждым ребенком или подростком самостоятельно в  комфортных для него формах продуктивного учения, позволяя приобретать навыки само-деятельности, сотрудничества, неформального  общения и старших и младших, детей и взрослых, опыт личностного и профессионального самоопределения, сознательного самовоспитания. Подчеркнем и то, что направленность всей образовательной деятельности в дополнительном (внешкольном) образовании на детей и подростков, а не обучающихся, учащихся, школьников! 

Альтернативность формализованному обучению никогда не означала  противостояния формальному образованию по принципу «или-или». Альтернативность дополнительного образования детей – это предложение  других ресурсов, отношений, стандартов, источников образования для каждого гражданина РФ, а также одного из возможных векторов его развития. Образовательные организации с опорой на формализованное обучение и образовательные организации дополнительного образования детей альтернативны  в своей качественной определенности,  но зависят друг от друга и отношения между ними складываются (осознанно или стихийно) как отношения взаимозависимости и взаимодополнительности (отношения через соединяющий союз «и»).

И в этом плане как не согласиться с выступлением на форуме руководителя Европейской ассоциации образовательного права и политики Jan de Groffa, отметившего  в своем выступлении, что российская система образования имеет богатые традиции и может гордиться своими достижениями.

Дальнейшая история дополнительного образования детей, с нашей точки зрения, зависит не от опытов по ревизии ого организаций  и переименованию (кого в неформальное образование, а кого - в досуговое), а того, что будет  сделано для совместимости и конвертируемости различных систем для обеспечения целостности и подлинной непрерывности в отечественном  образовании.

Ориентируясь на общемировые критерии качества и доступности образования, новый Федеральный закон «Об образовании в РФ» относит  современное дополнительное образование детей к контексту непрерывного образования, где оно для детей и юношества в возрастном диапазоне от 6 до 18 лет может составить относительно автономные  организационные структуры, каждая со своим содержанием, целями и задачами. Напомним, что сегодня непрерывное образование рассматривается как модельобразования, построенная так, чтобы в ней не существовало тупиковых форм и конечных ступеней образования, что позволяло бы каждому человеку, согласно его образовательным потребностям и возможностям, в любое время  продолжить свое образование, учиться познавать, делать и жить вместе. Только так, считает Международная комиссия ЮНЕСКО по образованию, можно создать предпосылки для улучшения качества жизни, как отдельного индивида, так и общества в целом.

Иначе говоря, дополнительное образование детей как одна из форм непрерывного образования должно рассматриваться как конкретное проявление и характеристика образовательных траекторий для детей, подростков, молодежи.

Международные документы, Закон дают идеи и общие установки, для осуществления которых еще нужна соответствующая научно-обоснованная и долгосрочная образовательная политика, программа, механизмы и инструменты ее  реализации. И, обратившись еще раз к выступлению к Jan de Groffa, воспроизведем его суждения о том, что самое сложное для общества и емкое по ресурсным затратам – это смена культур. Так,  для того, чтобы написать  новый закон для образования понадобиться обозримое число  месяцев, а для его понимания и обретения навыков исполнения понадобиться уже несколько лет. Выход  же всех и каждого, кто сопричастен  к образованию, на уровень новой культуры потребует уже 80 лет. Переименование внешкольного воспитание в дополнительное образование детей  зафиксировано в закон «Об образовании» 1992 года, а Типовое положение об учреждениях этого типа образования появилось только в 1995 году. Прошло немногим более 12 лет, а значит говорить  о глубинном переименовании и зрелости культуры деятельности организаций дополнительного образования детей говорить можно по формуле русского языка «да, но…». Любые поспешные «внешние вызовы» к переименованию породят только бюрократизацию и  имитационные процессы.

Поэтому, выход  из состояния стагнации и внутреннего коллапса для системы дополнительного образовании детей, мы видим:

во-первых, в расширении партнерского сотрудничества с образовательными организациями всех типов, с общественным организациями, населением конкретной территории в принятия единой стратегии проектирования  образования как социального института на основе анализа «социокультурных ситуаций и образовательной сети» (А.М. Цирульников) с чётко артикулированными, общественно одобряемыми целями;

во-вторых, в побуждении организаций к проведению серьезного (правдивого!) системного анализа своего реального состояния, достигнутого уровня и способности к конкуренции  с последующим самоопределением стратегии «переименования себя» в  системе образования. Может быть импульсом для этого станет предложение трех условных линий идентификации организаций дополнительного образования детей  (и, прежде всего, разрабатываемых и реализуемых в них программ):  

 Дополнительное как формальное (включая дополнительные общеобразовательные программы, общеобразовательные предпрофессиональные программ и программы профессиональной подготовки);

Дополнительное как внеформальное (организованный и целенаправленный образовательный процесс, осуществляемый вне образовательных учреждений формального образования, свободный от его жестких правил и регламентов,  на основе собственных образовательных программ и силами собственных  педагогических кадров);

 Дополнительное на «заказ» (инновационные проекты,  актуальное краткосрочное направление деятельности, индивидуальный педагогический проект, единичные программы для взрослых, программы новых дисциплин,  программы инклюзии, игровые, досуговые, оздоровительные программы и проекты на время каникул,  ремесленные мастерские выходного дня для семьи  и многое другое).

Мы не предлагаем принципиально новые типы организаций дополнительного образования детей или кардинальной перестройки в сложившейся системе. Это только предложение и, в некоторой степени, призыв к организациям дополнительного образования детей по самостоятельному проведению ребрендинга для того, чтобы не просто «взять новое  имя», но:

 понять какие у него есть слабые и сильные стороны, конкурентные преимущества;

насколько его знают в окружающем социуме, какие существуют барьеры восприятия;

выйти на новый уровень развития, привлечь внимание новых заказчиков и клиентов, увеличить лояльность существующих, усилить собственную ответственность по выполнению  профессиональных обязательств;

подготовиться к партнерскому сотрудничеству как взаимовыгодному движению к интеграции в единое образовательное пространство, воплощающей в себе лучшие характеристики интегрируемых субъектов.

  Рекомендуемая литература

  1. Горшков М.К., Ключарев Г.А. Непрерывное образование в контексте модернизации. М.: ИС РАН, ФГНУ ЦСИ, 2011.
  2. Неформальное образование детей и молодежи в общественных объединениях: сборник научно-практических материалов/сост. И.И. Фришман. –Н.Новгород: педагогические технологии,2008.
  3. Телегина Г. В. "Образование в течение жизни": институализация в европейском контексте и ее оценка // Непрерывное образование в политическом и экономическом контекстах / Отв. ред. Г. А. Ключарев. М.: ИС РАН, 2008.
  4. Российское образование – 2020: модель образования для экономики, основанной на знаниях: к IX Междунар.науч.конф. «Модернизация экономики и глобализация», Москва 1-3 апреля 2008 г. / под ред. Я. Кузьминова, И. Фрумина; Гос. ун‐т – Высш.шк. экономики. – М.: Издат. дом ГУ ВШЭ, 2008.
  5. Федеральный закон от 29.12.2012 №2012 №273-ФЗ. «Об образовании в Российской Федерации. – М:УЦ Перспектива.2013.

 

Имя и сайт используются только при регистрации

(обязательно)